Какой бы мы счастливой были парой. Бьет — значит любит? — 6

Есть такая народная мудрость – бьет, значит любит. Большинство людей в наше время с ней не согласны. Я поискала в своем любимом интернете, а как же другие смотрят на то, что женщины терпят побои.

Естественно, большинство их награждает нелестными эпитетами: мазохистки, ненормальные, дуры и т.д. И, пожалуй, больше осуждают женщин, за то, что не бросают своих мучителей и тем самым калечат жизнь себе, детям. Но, в тоже время, статистика утверждает, что в нашей стране каждая третья женщина, подвергается рукоприкладству со стороны мужчины, но все равно продолжает жить с ним или уходит, но возвращается. Эти люди обоюдно зависимы друг от друга. Может, во всем виновата – судьба. И если где-то сверху решили, что эти люди должны быть вместе, то так оно и будет.

Бьет — значит любит?

Анна смотрела на часы. Стрелки не хотели сдвигаться с места, но исправно тикали. Опаздывает, вот уже на пять минут, … на десять. Что случилось? Где он? Пьет? Нет, не должен.

Она что-то делала машинально, кормила дочку.

Он же на обед приходил, помог вымыть доченьку. Уходя, так нежно поцеловал ее. Нет, он не пьет, не гуляет. Зачем она себя накручивает. Он просто задерживается на работе. Вот уже прошел час томительного ожидания, два. Его все нет.

А вдруг с ним что-то случилось. Дочка сладко посапывала в своей кроватке. Она достала ее, положила к себе на кровать.

Спи, моя малышечка. Папка скоро придет. Она обняла дочь и заснула. Проснулась от громкого стука в дверь.

Вскочила сонная, ничего не понимая, открыла. И отлетела, получив пинок сапогом по животу. 

— Ссучара! Кого ждешь? Мужика? Почему не спрашиваешь, кто? – перекошенное от злобы лицо мужа каждой черточкой выражало к ней ненависть. — Что глаза вытаращила, падла. Жрать готово?

Он подскочил к столу, открыл кастрюлю.

— Это что? Мне? Жри сама. – Кастрюля с картофельным пюре, следом за ней жаренная рыба, полетели в нее. Она увернулась

— Айрат, ты же маленькую нашу Эвелиночку разбудишь, не кричи, успокойся. Ну, пожалуйста, ну ты же обещал. – Слезы хлынул у нее из глаз.

Обещал, я обещал? А ты, сука, не обещала? Муж с работы пришел, голодный, а она. Спит!  Я есть хочу!

— Так ты же сам выкинул!!! – шепотом прокричала она.

— Вот это? Жри сама эту гадость. Мясо мне пожарь!!! Хахалю бережешь?

— Нет, на выходной. Ты же должен понимать, что мы не можем каждый день есть мясо. Ты же не столько зарабатываешь!!!

Он подскочил к ней и ударил по лицу со всей силы.

— Тебе только деньги, деньги подавай. Ты из-за денег за меня и замуж выходила. Думала, заставишь дурака пахать без выходных. На-ка, выкуси. Да я тебя суку голодом заморю.

Муж кричал и кричал. Ей казалось, конца этому не будет. Заплакала дочь

— Заткни ее, такая же шалава как и мать вырастет.

— Нет, не трогай ее, не бей Эвелинку!.

Она схватила малышку на руки. Неужели ударит? Нет, лег на кровать и вскоре послышался храп.

С того дня все и пошло, по утрам он извинялся, проклинал себя, просил прощения. А напившись, снова избивал и оскорблял ее. Летом она уехала к матери, прожила два месяца. Муж звонил почти каждый день, говорил, что сильно скучает. Она тоже по нему скучала и считала дни до его приезда.

В начале августа он приехал за ними, чтобы забрать в город. А когда вернулись, через неделю все началось сначала.

Однажды она решила: хватит терпеть эти побои, оскорбления. И в очередной, раз, когда он ночью вернулся домой и закатил пьяный дебош, она ударила его по лицу.

— Гад, думаешь вечно молчать буду. Ненавижу тебя пьяного! Уйду! Другого найду.

Его лицо перекосилось от злости

— Ты на меня еще и руку будешь поднимать? Другого найдешь, говоришь? На, ищи!

Он крепко стиснул свои руки на ее горле. Кричать она не могла. Вырваться не получалось. Боль, жуткая боль, пронзила всю ее. Он смотрел ей в глаза, внезапно боль отступила, перед глазами все поплыло, пришло какое-то умиротворение. В это время он разжал руки и со всей своей силы ударил по лицу.

— Смелая такая, говоришь?

Она вскочила на ноги, дочка уже проснулась и стояла в своей кроватке. Почему то она не плакала, а смеялась.

Муж швырныл Анну на пол и стал пинать ее сапогами. Она кричала, звала на помощь, но, как обычно, никто даже не постучался в их дверь. Анна уже мысленно попрощалась с жизнью, но утомившийся муж заснул.

Утром оба ужаснулись. Все тело Анны было сплошной синяк. Два передних зуба выбито У мужа выступили слезы на глазах.

— Я не хотел, Анечка, прости. Хотя, какое прощение…

Она молчала. И так-то была уставшая в последнее время, а после этого скандала казалось,  что небеса должны низвергнуться на землю. Было больно, стыдно.

Муж сбегал на работу, отпросился. Прибрал все в комнате, гулял с дочкой. Анна была в каком-то шоке. Она не могла понять, за что жизнь так жестоко обходится с ней, почему никто не хочет за них заступиться. Стыдно было даже выйти в туалет. Они с дочкой лишние люди в этой жизни, но как уйти из нее. Ладно, сама бы, а доченька? Она не понимала, как им жить дальше. Вернулся муж, виноватый, понуренный. Что ж он ночью то думал?

Синяки не сходили долго. Спать она могла только лишь на четвереньках. Заснув, падала и от боли просыпалась. Муж клялся, что любит ее и никогда больше не поднимет на ее даже палец. Не поднимет ли?